CYBERFEMZINE-X

Cyberfemzine-X

 

Мы - первое поколение в истории, которое окружено, если не сказать погружено в цифровую и виртуальную форму реальности (интернет, видеоигры), которая составляет третью природу, и я говорю третья, потому что культура книг и печатных устройств/печатных станков/артефактов на протяжении веков действовала как наша вторая искусственная природа/поддельная природа.

 

Во время моей последней поездки в Соединенные Штаты, на фоне жгучих дебатов по поводу реформы общественного здравоохранения Obamacare, шантажа движения “Чаепитие”/Чайной партии, страха падения Резервной Федеральной системы и слухах об американской разведке одна более банальная/тривиальная новость оказалась значимой/важной для понимания политического влияния/управления этой новой третьей природы. Федерация американских психиатров несколько дней назад предупредила, что Candy Crush, с рекордным количеством зависимых пользователей,  следует рассматривать как настоящую национальную эпидемию, и поддержала создание виртуального реабилитационного центра.

 

Запущенная британской компанией King в 2012 году Candy Crush  является (наряду с ее восточным аналогом Puzzles and Dragons) самым загружаемым приложением в мире с более восьмидесяти миллионов пользователей, приносящими прибыль в 700.000 евро ежедневно. Исследователи видеоигр задаются вопросом: почему это бессмысленное/тупое  приложение с плавающими конфетами смогло превзойти сложные/сверхсовременные игры, попадающими в доступ через много лет экспериментов специалистов, например, Nintendo.

 

Все, что может показаться недостатками, конвертируется в причины успеха Candy Crash: детские значки/младенческая графика и безобидность (здесь нет ни насилия, ни секса), прямое вознаграждение, вызванное соединением глюкозы (candy) и бесконечным прохождением уровней, отсутствие компонентов специфической культуры/культурных кодов, которые могут спровоцировать причастность/присоединение или отторжение/отказ. Добродетель, глупость и безвозмездность/free превращаются в условия возможности  демократизации зависимости. 

 

Candy Crash - это дисциплина души, тюрьма из данных/телесная тюрьма, которая предлагает четкую темпорализацию желания и действия. Она нацелена на типового игрока, лишенного дополнительной/вторичной социальной защиты (это объясняет, возможно, почему наибольшее количество игроков - это те, кого в социальном плане называют женщинами): игра устанавливает замкнутую цепь между лимбическим мозгом, который отвечает за аффективную память, рукой и дисплеем. Candy Crash не обучающая игра, где игрок тренирует свои способности и изобретательность. Это просто азартная игра, установленная на самом доступном и близком из всех наших внешних техно-органов — мобильном телефоне. Лас-Вегас в твоей руке. Цель Candy Crush состоит не в том, чтобы научить игрока чему-либо, а в том, чтобы захватить все его когнитивные способности в течение заданного времени и присвоить его либидинальные ресурсы, сделав экран компьютера суррогатной/синтетической/липовой мастурбационной/мастурбаторной поверхностью. Игрок никогда ничего не выигрывает в Candy Crash, но когда вы проходите уровень, этот оргазм на экране, который вы запускаете, соответствует прибыли, полученной компанией.

 

Candy Crash ставит вопрос о связи между свободой и бесплатностью/free, за которую выступают сторонники пиратства. Новая стратегия колонизации виртуального мира заключается в том, чтобы создать игру настолько простую, насколько это вообще возможно/максимально простую игру и подарить/бесплатно распространить ее, сделать потенциального игрока подсоединенным к ней максимальное количество часов. Один раз/одна доза/ -- и после того как игра инсталлирована в жизненно важные привычки играющего, ему приносит наслаждение это само время игры и  связанные с ним формы расходов (дополнительные жизни). 

 

Пользователь Candy Crash управляет одновременно множеством экранов: часто его можно найти/застать физически лицом к экрану компьютера или телевизора, который работает не в качестве основного визуального кадра, а в качестве фона и периферии, в это же время туда-сюда скролившего непрерывно обновляющийся  Facebook взад и вперед, и тут же проверяющего свою почту. ...

Целомудренный современный теле-техно-робото-рабочий-мастурбатор напоминает авиа-диспетчера на ветряной мельнице контроля/донкихотсвующий на вышке управления, где одной рукой он твиттит/пишет в твиттер, а другой сортирует ряды цифровых конфет/карамелек. Если Рене Шерер учил нас, что педагогические дисциплины, разработанные в современности/бросающие вызов современности/разрабатывающиеся на протяжении современности, служили для того, чтобы привести мастурбирующую руку в письмо и  работу/помочь мастурбирующей руке писать и работать/, теперь ясно, что что новые цифровые дисциплины заставляют руку писателя и рабочего фордизма дрочить экран когнитивного капитализма. В действительности система человеческого тела, состоящая из парных органов (наследство наших животных тел и их потребностей приспосабливаться/загребущих конечностей/хватетельных нужд/необходимой им хватательности/цепкости) создает лимит/ представляет собой границу для тотальной капитализации восприятия/чувствительности, к чему и стремятся виртуальные технологии. Если бы Google смог продать руку-протез для взаимодействия с виртуальной вселенной, (как, например, ту, которую несколько лет назад собрал художник-мечтатель Стелларк,) он бы это сделал/это бы было. 

 

Наша третья искусственная природа требует новой науки, в то же самое время порождает/запускает/распаковывает новый комплекс/пакет/комплект отношений господства и подчинения. Каждое поколение должно изобретать собственную этику в отношении технологий производства субъективности, и если этого не будет/и если оно этого не сделает, как предупреждает нас Ханна Арендт, то оно рискует обернуться тоталитаризмом, не из злобы, а из-за простой глупости. Точно также, как теологические/теологико- и политические системы  поддерживают свои формы контроля внедрением/насаждением/распространением/культивацией/вакцинацией/наводнением/экспансией одной/единой книги, наши цифровые сообщества рискуют соскользнуть в форму тоталитаризма единого программного обеспечения/одного софта/единого софта, своего рода цифровая онтотеология. Приложения, скачанные из/через Google Play или Apple Store -- вот новые операторы субъективности. Помните, что загружая приложение/при загрузке, вы устанавливаете его не на компьютер или мобильный телефон, а на когнитивное устройство. 

Нью-Йорк, 26 октября 2013 г.

 

 

 

Candy Crash или пристрастие в эру телекоммуникации/добавка к эре телекомуникации/ зависимость в эру телекоммуникации/ *
gallery/output-onlinepngtools
gallery/output-onlinepngtools
gallery/output-onlinepngtools
gallery/output-onlinepngtools
gallery/giphy

Био/машинный перевод Александры Абакшиной/электронных переводчиков

Поль Б. Пресиадо

*Из книги "Квартира на Уране" (2019)